Елена Якович

Дочь философа Шпета в фильме Елены Якович. Полная версия воспоминаний Марины Густавовны Шторх

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
  • paramonseyцитирует9 лет назад
    Проснулась улица. Глядит, угрюмая
    Глазами хмурыми немых окон.
    Уснуть, забыться бы с отрадной думою,
    Что жизнь нам грезится, а это сон!
  • Юлияцитирует3 года назад
    Получаю от мамы телеграмму: «Пусть Сережа снимется и пришлет нам свою фотографию на память».
  • Юлияцитирует3 года назад
    Среди ее знакомых был Саша Смирнов, который оказался троюродным братом Аленушки по материнской линии, по Крестовоздвиженским. Она его спросила, не знает ли он, случайно, как найти кого-нибудь из Шпетов. Разумеется, Саша Смирнов знал. Он связался с Егором Вальтером, Аленушкиным братом, тот позвонил мне и попросил срочно прийти. Я запомнила этот день навсегда…
  • Юлияцитирует3 года назад
    Ну а если о родных, то сегодня у меня пятеро детей, считая пасынка, мной воспитанного. Одиннадцать внуков. Четырнадцать правнуков. И одна праправнучка
  • Юлияцитирует3 года назад
    . В девятнадцатом он принял сан священника и отслужил московскую панихиду по Блоку в своей церкви Николы на Песках на Арбате. Именно ему приписывают фразу в день убийства Кирова: «Теперь свой страх они зальют нашей кровью». Он окончил жизнь в 1938-м в небольшом расстрельном лагере на реке Ухтарке под Архангельском. И за год до расстрела зэк Николай Бруни умудрился из кирпича и бетона сделать памятник Пушкину в Ухтпечлаге, где, как ни странно, отмечали столетие гибели поэта…
  • Юлияцитирует3 года назад
    29

    Долго я не работала, растила детей – Алешу Шторха, Женю, сына Вадима Александровича, и троих наших общих Рудановских – Лену, Наташу и родившегося в пятьдесят третьем Митю. Потом вдруг однажды на улице встречаю хорошо знакомую женщину – моя мама когда-то с ее сыном занималась французским, а теперь он был в Центральной музыкальной школе. «Ой, – говорит, – а вы знаете, какое у нас событие? В ЦМШ наконец открывают интернат!» Потому что в этой знаменитой школе не только москвичи учились, но и дети со всей страны приезжали, из самых дальних уголков. И вот она мне говорит: «Знаете что, там очень ищут педагогов-воспитателей. Потому что сейчас дежурят мамаши наших детей, а это никуда не годится». Я на следующий же день отправилась в эту школу. Заведующий тогда был виолончелист Кальянов. Прошла прямо к нему. Вхожу и говорю: «Вот, мне сказали, что вам нужны воспитатели. Я учительница, но имейте в виду: я совсем не играю ни на одном инструменте». – «А это нам не важно! Мне нужны педагоги, а не музыканты!» Ну, мы с ним побеседовали, он и сказал: «Приходите завтра к семи вечера и дежурьте».
    Это был первый год существования интерната. Не прошло и нескольких дней, как заходит какая-то женщина с почти взрослым мальчиком и говорит: «Так и так, мне директор подписал разрешение на интернат». – «А откуда вы?» – «Мы приехали из Ленинграда». – «А как фамилия мальчика?» – «Спиваков». Еще через два-три дня вдруг приезжает другая мама. Якутка с четырьмя якутятами, два мальчика, две девочки, маленькие все. Я помню совершенно крошечного, приготовительного класса Володю Ашкенази, теперь знаменитого на весь мир пианиста. Олег Каган, скрипач… Был такой – Рубен Агаронян, тоже скрипач… Алексей Бруни, сегодня концертмейстер, то есть первая скрипка Плетневского оркестра. Это один из моих любимых мальчиков, потому что он пришел ко мне второклассником и пробыл до десятого. Жили они в Тамбове. Он из замечательного рода. Дед его Николай Бруни, брат художника Льва Бруни, сам был художником, поэтом и музыкантом, кавалером трех Георгиевских крестов, одним из первых русских авиаторов мировой войны.
  • Юлияцитирует3 года назад
    Долго я не работала, растила детей – Алешу Шторха, Женю, сына Вадима Александровича, и троих наших общих Рудановских – Лену, Наташу и родившегося в пятьдесят третьем Митю.
  • Юлияцитирует3 года назад
    Еще у Вадима Александровича был старший сын Олег от самого-самого первого юношеского брака. В июне сорок первого ему исполнилось восемнадцать лет.
  • Юлияцитирует3 года назад
    Это была все такая высшая техническая интеллигенция с дореволюционными еще, дворянскими корнями – и Рудановский, и Сережа, и его друг Кот Поливанов, муж моей сестры Маргариты. Его отец Михаил Поливанов был одним из первых русских инженеров-электриков, проектировал первые электростанции в Москве. А потом и сам Костя Поливанов стал во главе Московской электротехнической школы, долгие годы вел кафедру в МЭИ. Вадим Рудановский, мой второй муж, тоже из дворян. Между прочим, у него много военных в роду. Но его отец Александр Рудановский служил при моем двоюродном дедушке градоначальнике Николае Гучкове главным бухгалтером Московской городской управы. А в советское время был профессором в каком-то институте.
  • Юлияцитирует3 года назад
    Мне когда-то Сережа рассказывал, что Рудановский очень ему симпатичен как человек и что у него очень тяжелые жизненные обстоятельства. Он вдовец с маленьким ребенком больным, и к нему еще переехала сестра, у которой ребенок еще младше, а муж сослан в лагерь под Воркутой. И за всех он отвечает. Потом я узнала, что жена его болела тифом и в приступе психического расстройства, как это бывает с тифозными, выбросилась из окна. Чтобы этого не происходило, их даже привязывают к кровати, но пока Рудановский был на службе, за ней не уследили…
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз