Unknown

– Чтобы заполучить себе лучшую женщину на земле, – шепотом сказал я, – нужно начать с самого важного: любить ее такой, какая она есть, а не такой, какой мне хотелось бы ее видеть. Самому стать таким, без кого она жить не сможет. Стать ее правой рукой. Понять, что ей нужно. И тогда она ни на что меня не променяет. Ни на какие сокровища мира.

Машина подпрыгнула на очередной колдобине, и кулак Хлои врезался в дверь.

Она судорожно вздохнула.

А потом я услышал, как из ее рта вырвалось:

– МОЖЕТ, ТЫ НАС УЖЕ ПРИВЕЗЕШЬ НАКОНЕЦ В ЧЕРТОВУ БОЛЬНИЦУ, КАЙЛ? А-А-А, ЧЕРТ!

Последний слог превратился в долгий надсадный вой на высоких тонах, а с водительского сиденья послышался сдавленный смех, и он снова понимающе посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Это было словно проколоть воздушный шарик, все напряжение вмиг меня покинуло.

– Согласен с тобой, Хло, – со смехом сказал я. – Что за черт, Кайл!

Резко нажав на газ, он объехал какую-то машину и правыми колесами заскочил на тротуар, потому что на пути появился велосипедист, которому срочно понадобилось зависнуть в поганом телефоне. Не переставая сигналить, Кайл высунулся в окно и заорал:

– У меня здесь женщина рожает! Дайте дорогу, придурки!

Хлои открыла окно и тоже высунулась наружу:

– Прочь с дороги, разрази вас гром!

Автомобили вокруг нас тоже начали сигналить, несколько свернули в сторону, дав нам свободно проехать по Мэдисон-авеню.

Кайл ухмыльнулся, аккуратно всех объехал и с еще бóльшим энтузиазмом дал по газам.

Я положил руку на руку Хлои:

– Мы всего в пяти…

– А ну не трогай меня! – она так зарычала, что демону в «Изгоняющем дьявола» такое и не снилось. В мгновение ока она неожиданно схватила меня за ворот рубашки. – Твоя ведь работа.

Чувствуя головокружительное облечение, я ухмыльнулся:

– О да, можешь не сомневаться, моя.

– Думаешь, ты тут самый умный? – зашипела она. – Решил, что это хорошая идея?

От восторга у меня чуть не поплыло перед глазами.

– Да. Офигенная.

– Меня сейчас пополам разорвет, – простонала Хлои. – А тебе придется до конца дней своих возить свою разорванную пополам жену в инвалидном кресле, поскольку ее ноги не будут больше сходиться, а все это потому, что ЕЕ ЧЕРТОВУ СПИНУ РАСКРОМСАЛ ЕЕ ЧЕРТОВ РЕБЕНОК, ВЫЛЕЗАЮЩИЙ ИЗ ЕЕ ВАГИНЫ ПРЯМО В ЭТОЙ ПРОКЛЯТОЙ МАШИНЕ! БЕННЕТТ! И КАК Я ТЕПЕРЬ ЗАКОНЧУ ПРОЕКТ ЛЭНГЛИ – тут она выпустила из рук мою рубашку. – КАЙЛ! – Хлои подалась вперед и ударила рукой по спинке водительского сиденья. – ТЫ МЕНЯ СЛУШАЕШЬ?

– Да, миссис Райан.

– С СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ МИССИС МИЛЛС! А ПЕДАЛЬ ГАЗА – ЭТО ВОН ТА СПРАВА – ТЫ ЧТО, ТАЩИШЬ НАС В БОЛЬНИЦУ, КАК ФЛИНТСТОУН??

Кайл захохотал, ловко обгоняя грузовик. А Хлои обеими руками схватила мою руку, чуть не смяв кости:

Возможно, увидев лондонский номер, Дженсен понадеется, что это я, и ответит.

Правильно ведь?

Я аккуратно нажала каждую цифру. На мобильном было бы куда проще – взять и кликнуть его фото. Но мне сейчас этого не хотелось, потому что на том фото мы вдвоем, подвыпившие и в соломенных шляпах на одном из виноградников. То фото тут же вызовет поток воспоминаний. Зато на трубке домашнего были только кнопки с цифрами, безликие и требующие установленного порядка. Я же математик и каждый день имею дело с цифрами. И если я не буду торопиться, то не дам пальцам запомнить свои движения. Так что случайно позвонить ему однажды точно не смогу, как и не сохраню в памяти последовательность цифр его номера.

Я нажала на последнюю кнопку и подрагивающей рукой поднесла трубку к уху.

Пауза.

Гудок.

Мое сердце заколотилось с такой силой, что стало трудно дышать.

Еще гудок, но он прервался.

Он сбросил, словно посмотрел на экран, увидел английский номер и сбросил.

Возможно, тут есть иное объяснение, но мой мозг не мог ухватиться ни за что другое.

Он же видел мой звонок. И отклонил вызов.

Я заметалась по квартире. Может, во время работы он перенаправлял звонки на голосовую почту после первого гудка. Может, сейчас у него разгар встречи, и он автоматически сбросил звонок.

Я включила фильм, но пока он шел, не переставала строить догадки, а потом заснула на диване. Когда я проснулась, за окном было еще темно, а часы над камином показывали 03:07. Первое, о чем я подумала, – Дженсен.

У него сейчас начало одиннадцатого вечера.

Не дожидаясь полного включения мозга, я нашла телефонную трубку и, сверяясь с запиской Ханны, снова набрала его номер – не так аккуратно, как в прошлый раз. Услышала один гудок. Второй. А затем в середине третьего гудка опять включилась голосовая почта.

Он действительно отклонил вызов.

Я уговаривала себя положить трубку и уже почувствовала, как напряглись мышцы руки, готовой отбросить телефон, но не смогла. Ненавидя саму себя, я слушала его голос, широко распахнув глаза и с тиснув зубы.

«Вы позвонили на голосовую почту Дженсена Бергстрома. Я сейчас не могу принять звонок или за рулем. Пожалуйста, оставьте ваше имя, телефон и краткую информацию, и я вам перезвоню».

Бип.

Тяжело дыша, я почувствовала, как неожиданно защипало глаза, после чего резко повесила трубку.