bookmate game
Free
Иван Гончаров

По Восточной Сибири. В Якутске и в Иркутске

  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Делать больше в Иркутске было нечего. Я стал уставать и от путешествия по Сибири, как устал от путешествия по морям. Мне хотелось скорей в Европу, за Уральский хребет, где… у меня ничего не было. Брат мой был женат, сестры были замужем, одна из них вдова. Все они были заняты своими интересами. В Петербурге тоже я был один, свободен, как ветер.

    Не помню, дождался ли я
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Кстати, теперь же приведу другое сказание, которое слышал от самого Н. Н. Муравьева, когда мы плыли еще вместе по Охотскому морю на шкуне “Восток”. Однажды вечером мы вдвоем ходили по палубе, и речь зашла о государственных преступниках, которых у него было не мало, между прочим о Петрашевском. На вопрос мой, где он находится, Муравьев сказал мне, но я теперь забыл. Я прибавил только, что видал его где-то мельком, но что знакомые мои говорили, что он - сумасшедший, что он собирал в своей квартире рабочих, раздавал им деньги, учил их не повиноваться своим хозяевам и прочее. Те брали у него деньги и смеялись над ним. Словом, все считали его за сумасшедшего. Муравьев внимательно выслушал меня и потом заметил: “Вы мне открываете глаза на этого человека: я считал его в здравом уме и, получив о нем важную бумагу, как о серьезном преступнике, счел нужным сам поехать к нему. Я едва вошел к нему в тюрьму, как он начал бомбардировать меня жалобами… как вы думаете, на кого и на что? на сенат, на государя, что его не так судили… и бог знает понес какую ахинею, точно приехал из-за тридевяти земель! Я счел необходимым предупредить его, что я приехал, чтоб облегчить его положение, а он делает все, чтоб отягчить его, потому что все, что он теперь мне скажет, я, по обязанности своей, вследствие данной мне о нем инструкции, обязан донести правительству. Поэтому нет ли чего-нибудь такого в его положении, чем я, как генерал-губернатор, мог бы облегчить его участь. Тогда он стал жаловаться, что приставленный к нему унтер-офицер стесняет его… Я не дал ему договорить: “Вот это мое прямое дело”, - сказал я и приставил к нему другого унтер-офицера. “Что ж он, работает?” - спросил я. - Славны бубны за горами, - сказал Муравьев. - Какое работает, ничего не делает! Но вы открыли мне на него глаза. Он, точно, сумасшедший”.

    Так, кажется, Муравьев и поступал со всеми ссыльными.
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Для него, как для китайца, весь мир заключался в той среде, в которой он вращался, и не разбавленное другим миросозерцание было основою всей его жизни
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Со всеми в городе Е. Н. Муравьева была очень внимательна и обходительна и нередко посещала, даже вне Иркутска, например Трубецких, чего сам Николай Николаевич не мог делать по своему положению.

    Но я, в качестве свободного гражданина, широко пользовался своим правом посещать и тех, и других, и третьих, не стесняясь никакими служебными или другими соображениями.

    Так, по приглашению Свербеева, я перебывал у всех декабристов, у Волконских, у Трубецких, у Якушкина и других. Они, правда, жили вне города, в избах. Но что это были за избы? Крыты они чем-то вроде соломы или зимой, пожалуй, снега, внутри сложены из бревен, с паклей в пазах, и тому подобное. Но подавали там все на серебре, у князя (так продолжали величать там разжалованных декабристов князей) была своя половина, у княгини своя; людей было множество. Когда я спросил князя-декабриста, как это он сделал, что дети его родились в Сибири, а между тем в их манерах заметны все признаки утонченного воспитания, - вот что он ответил: “А вот, когда будете на половине (слышите: “на половине”!) моей жены, то потрудитесь спросить у нее: это ее дело”.

    И точно. Глядя на лицо княгини, на изящные черты ее, на величие, сохранившееся в этих чертах, я понял, что такая женщина могла дать тонкое воспитание своим детям
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Жена Николая Николаевича, француженка, не меньше его отличалась гуманностью, добротой и простотой. Она избегала пользоваться его выдающимся положением в Сибири и со своей стороны не заявляла никаких претензий на исключительное внимание к себе подвластных мужу лиц. Раз как-то она заметила мне, что боится ходить по улицам Иркутска пешком от бродячих коров
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    После обеда гости разъехались, а хозяева легли спать. Я тоже ушел домой, но вечером, по настойчивому приглашению хозяев, опять вернулся, и другие вслед за мной. Все уселись за бостон, кроме меня. Я не умел играть в эту устаревшую игру и подсаживался от нечего делать то к одному, то к другому из играющих. И опять то тот, то другой выйдут из-за карточного стола - и к водке.

    - Вот какие вы в ваши лета, - сказал мне один гость, - кровь с молоком! А я моложе вас, да весь серый стал…

    - Отчего же, - спросил я, - от сибирских морозов, должно быть…

    - Нет-с, не от морозов; что нам морозы, а все от водочки! - сказал он, выпив уж не знаю которую рюмку
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Он принял от кучера две бутыли, поставил их на стулья и вошел в комнату своеобразно, свободно, с шиком, свойственным сибирякам.
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Они не переставали титуловать друг друга - преосвященством и превосходительством
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Он тоже крупная историческая личность. О нем писали и пишут много и много будут писать, и чем дальше населяется, оживляется и гуманизируется Сибирь, тем выше и яснее станет эта апостольская фигура.

    Личное мое впечатление было самое счастливое. Вот природный сибиряк, самим господом богом для Сибири ниспосланный апостол-миссионер!
  • Elena Korkinaцитирует4 года назад
    Но его в свою очередь одолевали чиновники, между прочим, и якутский губернатор, на которого он постоянно косился и также на других, приезжих из-за хребта петербургских чиновников
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз