bookmate game
Тим Вейнер

ФБР. Правдивая история

Сообщить о появлении
Загрузите файл EPUB или FB2 на Букмейт — и начинайте читать книгу бесплатно. Как загрузить книгу?
Провокационная, чрезвычайно интересная, скрупулезно выверенная книга лауреата Пулитцеровской премии Тима Вейнера посвящена вековой истории ФБР и может по праву считаться исчерпывающей энциклопедией деятельности этой тайной разведывательной службы США. Опираясь на рассекреченные в последние годы досье, автор представляет в истинном свете отца-основателя ФБР Дж. Эдгара Гувера. Рассказывает, как создавалась и совершенствовалась агентурная сеть. Как Гувер выполнял почти немыслимые задания: осуществлял слежку за руководителями Советского Союза и Китая в самый мрачный период холодной войны, контролировал государственные перевороты против демократически избранных лидеров иностранных государств, искусно дестабилизировал положение президентов Соединенных Штатов. Как вел политическую войну и управлял государственными делами в целях национальной безопасности, зачастую действуя в ущерб морали. Подвергая анализу усилия руководителей ФБР в войне с террористами, шпионами, анархистами и наемными убийцами, Тим Вейнер поднимает важный нравственный вопрос о том, готово ли общество отказаться от гарантий свободы, допустить незаконное проникновение агентов спецслужб в личную жизнь граждан ради обещаний безопасности.
Эта книга сейчас недоступна
799 бумажных страниц
Уже прочитали? Что скажете?
👍👎

Цитаты

  • ipatцитирует7 лет назад
    Агента нельзя было обвинить в недосмотре. Как учреждение ФБР не умело распознавать террористов. Соединенные Штаты не знали, что такое транснациональный заговор с целью совершения массового убийства людей, со времен террористических нападений после Первой мировой войны.
    Утром 4 марта иракец оставил свою машину припаркованной у терминала Эль Аль аэропорта Кеннеди, куда через несколько часов должна была прибыть премьер-министр Израиля Голда Меир. Двое его сообщников припарковали свои машины в центре Манхэттена на Пятой авеню, напротив двух израильских банков.
    5 марта лингвисты Агентства национальной безопасности, в котором только что был создан отдел для решения вопросов, связанных с международным терроризмом, начали переводить недавно перехваченное сообщение из иракской миссии в ООН. Это сообщение было послано в Багдад и направлено в ООП. В нем содержался план жестокого убийства.
    Когда в АНБ начали читать это сообщение, водитель эвакуатора увез «додж-дарт» 1973 года с угла Сорок третьей улицы и Пятой авеню. На следующее утро с угла Сорок седьмой улицы и Пятой авеню был вывезен «плимут-дастер» 1972 года. На обе машины был прикреплен талон за нарушение правил уличного движения – стоянку в не предназначенном для этого месте. Инспектор компании по сдаче в аренду машин «Олин» приехал на штрафную стоянку, расположенную на пирсе у реки Гудзон, чтобы заявить права на «дарт». Он открыл багажник и застыл в изумлении.
    В отделе по расследованию взрывов Нью-Йоркского полицейского департамента раздался звонок. Его лучшие сотрудники помчались на штрафную стоянку. В багажном отделении «дарта», а затем и «дастера» они нашли пластиковые контейнеры, заполненные бензином, емкости с пропаном, бруски пластиковой взрывчатки «Семтекс», капсюли-детонаторы, батарейки и взрыватели. На приборных панелях машин лежали образчики печатной пропаганды организаций «Черный сентябрь» и ООП, завернутые в израильские газеты.
    Бомбы должны были взорваться в полдень 4 марта. Если бы они взорвались, они могли бы убить или покалечить много сотен и вселить ужас еще во многие тысячи людей. Но у них оказались одинаковые ошибки в схеме взрывателя.
    Полиция наткнулась на первый террористический заговор в войне между арабскими террористами и Соединенными Штатами.
    В 18:15 6 марта расследованием этого дела занялось ФБР. В Вашингтоне представители АНБ сообщили Бюро о зашифрованном сообщении в Багдад и предупредили, что третья бомба находится в машине, припаркованной у терминала Эль Аль в аэропорту имени Кеннеди. В тот же вечер ФБР и антитеррористическая группа Нью-Йоркского департамента полиции обнаружили «фьюри» и вскрыли багажник
  • ipatцитирует7 лет назад
    Грей серьезно заболел вскоре после переизбрания Никсона при резком изменении в распределении голосов между партиями 7 ноября 1972 года. Он попал в больницу, расположенную рядом с его домом в Стоунингтоне (штат Коннектикут), и перенес операцию на брюшной полости. Врач выписал его 3 декабря, но велел ему оставаться дома до Нового года. Марк Фельт руководил ФБР во время двухмесячного отсутствия Грея в штаб-квартире.
    Будучи все еще исполняющим обязанности директора, Грей не знал, планирует ли Никсон просить сенат утвердить его в этой должности, как того требовал закон. Он не знал, доверяет ли ему Никсон. Вскоре у него появилась причина удивляться, почему он вообще доверял Никсону.
    Ведомый Джоном Эрлихманом, он вошел в Овальный кабинет во второй раз в своей жизни в 9:09 16 февраля 1973 года. Никсон сразу же приступил к делу: слушания в сенате по вопросу о его номинации представляли собой потенциальную конфронтацию по вопросу полномочий президента вести секретные разведывательные операции.
    – Вероятно, они спросят вас о таких вещах, как: известно ли вам о каких-либо других делах ФБР? Вы занимались прослушиванием этих внутренних телефонных разговоров? – начал Никсон[530].
    – Я бы сказал: «Да, нам приходится делать это… Что вы хотите, чтобы мы делали в этом отношении? Вы хотите позволить, чтобы в людей стреляли?
    У Грея потемнело в глазах.
    – Терроризм, – сказал президент, – похищение – другой вопрос. И этим надо заниматься. И иногда это требует прослушивания телефонных разговоров… Нам нельзя отказывать в использовании этого оружия. То, что мы прослушиваем телефонные разговоры многих политических группировок, – чепуха.
    Грей оставался безмолвным.
    Президент тут же обратился к Уотергейту.
    – Будет во вред или на пользу, если вы пойдете туда и вас там размажут по стенке, задавая вопросы об этом? – спросил Ник сон.
    К Грею вернулась способность рассуждать спокойно.
    – Господин президент, я тот, кто может лучше всех урегулировать этот вопрос, – уверенно сказал он. – Я последовательно занимался им с самого начала… Полагаю, администрация провела превосходную работу в этом направлении.
    Это было пустое хвастовство, и Никсон знал это.
    – Вы не имели возможности сделать что-либо до настоящего момента в отношении утечек информации – или имели? – сказал Никсон. – Мы выяснили, что ноги у этой истории растут из Бюро.
    – Что ж, я полностью готов поверить этому, господин президент, – согласился Грей.
    – Как насчет Фельта? – многозначительно спросил Никсон.
    – Будет очень-очень трудно поставить Фельта в такое положение, пока обвинение неясно, – сказал Никсон. – Такие вещи не просачивались в прессу, когда в ФБР был Гувер. Мне неизвестно ни одного случая утечки информации, когда там был Гувер. В этом кабинете я мог говорить с ним обо всем на свете. Причина этого не в том, что они любили его, – они его боялись. Они должны бояться человека, стоящего во главе… Вы должны вести себя именно так. Вы должны быть жестоким, не идущим на компромиссы и уважаемым… Я могу понять утечки информации из ЦРУ – там эти чертовы разгильдяи. Но если утечки идут из Бюро, то тогда всю эту лавочку нужно прикрыть!
    Теперь Никсон брызгал слюной и кипел от злости.
    – Вы должны делать это так, как они делали во время войны. Во время Второй мировой войны немцы – если они проходили по городу и какой-нибудь снайпер убивал их солдата, они выстраивали всех жителей города и говорили: если вы не скажете, кто сделал это, все будут расстреляны. Я думаю, что так и надо поступить. Я хочу сказать, что не думаю, что вы сможете остаться там господином Добряком.
    – Я и не был им, – запротестовал Грей. – Эти ребята знают, что не могут лгать мне, как они лгали Гуверу.
    Никсон стал властным.
    – Если честно, я говорю о высочайшей дисциплине, когда речь идет о том, что может оказаться серьезным политическим вопросом, –
  • ipatцитирует7 лет назад
    15 сентября 1972 года ветеранам ФБР Лидди и Маккорду были предъявлены обвинения, равно как и пяти другим уотергейтским взломщикам, в прослушивании разговоров штаб-квартиры Демократической партии. Но на том обвинения и закончились. Уотергейтское дело наткнулось на каменную стену.
    Фельт и близкие к нему люди в ФБР приняли решение бороться с обструкцией юстиции. У них были как личные, так и профессиональные мотивы. Они действовали интуитивно с целью убрать препятствия на пути расследований ФБР. Они знали, что заговор и прикрытие были срежиссированы в Белом доме. Их глубоко возмущал тот факт, что президент поставил Пэта Грея – человека, которого они считали политической «шестеркой», во главе ФБР.
    «Это всех нас сильно задело»[525], – сказал Чарльз Больц – начальник отдела финансовой отчетности и противодействия мошенничеству. Фельт был законным наследником Гувера. «Фельт был тем человеком, на котором директор остановил бы свой выбор. Но директор умер. И Марк Фельт должен был бы занять его место. Это-то и заставило его действовать. Он собирался выяснить, что там происходит. И – надо же – он сделал это».
    Фельт и его союзники начали организовывать утечку секретов Уотергейтского дела за несколько недель до президентских выборов в ноябре 1972 года. Фельт стал знаменит тридцать три года спустя, когда признался, что это он – Глубокая Глотка – источник ФБР, который помог «Вашингтон пост» подтвердить факты для ее сенсационных репортажей по ходу расследования Уотергейтского дела. Но он был не единственным.
    Записи первого документального интервью Фельта с Бобом Вудвардом из «Пост» теперь стали достоянием общественности. «Есть способ развязать уотергейтский узел, – сказал он Вудварду 9 октября 1972 года. – Процесс вышел из-под контроля»[526]. Политическая война против врагов президента вышла из-под контроля. Грей знал. И министр юстиции / руководитель CREEP Джон Митчелл знал. Если знал Митчелл, то и президент знал. И если бы факты вышли на свет божий, они «погубили бы… я хочу сказать, погубили бы» Ричарда Никсона.
    Фельт удостоверился в том, что эти факты вскрылись в ходе обмена информацией с четырьмя доверенными сотрудниками ФБР. Боб Кункель и Чарльз Бейтс стояли вместе с Фельтом во главе Уотергейтского расследования. Кункель руководил Вашингтонским отделением ФБР и ежедневно информировал Фельта. Бейтс вел текущую хронологию, которая отражала ход расследования дела. Дик Лонг и Чарльз Нузум – соответственно начальник и главный агент отдела «беловоротничковой преступности» – были мастерами идти по следу уотергейтских документов. Бейтс и Лонг рассказали нескольким доверенным агентам-коллегам о том, что они сделали и почему. Начали распространяться слухи.
    «Они обычно встречались в конце дня и обсуждали то, что случилось, как им было известно, по ходу расследования, – сказал Пол Дейли, сотрудник ФБР, работавший в отделе разведки. – Они принимали решение – сознательное решение – сообщить информацию в газеты. Они делали это, потому что Белый дом препятствовал расследованию. И они организовывали утечку информации, потому что это давало импульс продолжению расследования»[527].
    Так рядовые агенты ФБР превращали секреты в информацию, а руководители ФБР доносили ее до репортеров, прокуроров, федерального Большого жюри и общественности. Это было начало конца президентских полномочий Ричарда Никсона. Без ФБР репортеры проиграли бы. «Вашингтон пост» и журнал «Тайм» первыми предположили, что в Уотергейтском деле существует сложное переплетение интересов. Вскоре к ним присоединились «Нью-Йорк таймс» и «Лос-Анджелес таймс». Не все их статьи были точны. Но факты, изложенные в них, взятые вместе, в общих чертах описывали ряд заговоров Белого дома с целью низвергнуть политических врагов президента, обвинив их в шпионаже и вредительстве.
    Ричард Никсон, переизбрание которого было неизбежным, обратил на это внимание. «Я знал, что кто-нибудь сломается», – с горечью сказал Никсон после того, как в прессе появились первые разоблачительные истории. Десять дней спустя после первой большой утечки информации он уже наверняка знал, каков ее главный источник.
    «Мы знаем, какая информация просочилась и кто организовал ее утечку»[528], – сказал Холдеман президенту 19 октября.

    Президент Никсон. Это кто-то в ФБР?
    Холдеман. Да, сэр… Из его руководства.
    Президент Никсон. Кто-то из окружения Грея?
    Холдеман. Марк Фельт.
    Президент Никсон. А какого черта ему это нужно?
    Холдеман. Трудно сказать. И опять же – об этом ничего нельзя говорить, потому что мы навредим нашему источнику…[529] Митчелл единственный, кто знает это. А он считает, что нам следует – нам лучше ничего не предпринимать, потому что…
    Президент Никсон. Ничего не предпринимать? Никогда!
    Холдеман. Если мы предпримем что-то против него, он выложит все. Он знает все, что может быть известно ФБР.
    Президент Никсон. Конечно.
    Холдеман. У него есть доступ абсолютно ко всему… Грей напуган до смерти. Мы должны предупредить его…
    Президент Никсон. Что бы вы сделали с Фельтом?.. Господи! Вы знаете, что я бы сделал с ним? Ублюдок!

На полках

fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз