bookmate game
Free
Марина Цветаева

Дом у Старого Пимена

  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Нет физического сходства без душевного.
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Посмертная ревность к молодости, несчастной – к счастливой, мертвой – к живой.
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Да простит мне ее тень и да увидит, что я прежде всего и после всего – не сужу.
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Сережа из почтения к матери не плачет, он неустанно, из экипажа, оглядывается, казалось тогда – на Нерви, оказалось – на жизнь.
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Когда знаешь, что никогда, никуда, начинаешь жить тут. Так.
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Есть такая украинская сказка о матери родной и матери крестной. Идет девушка ночью мимо храма, видит – свет, заходит. Служба тихая, священник чужой, молящиеся – чудные: одни давно не виданные, другие и вовсе никогда. Вдруг кто-то ее за плечо. Оборачивается: крестная мать покойная. «Беги отсюда, девонька, а то здесь твоя мать родная, увидит – разорвет». Но поздно: мать – увидела, вон, сквозь народ, пробирается. Девушка – бежать, мать за нею, так и мчатся они по пустым полям (дочь-то по земле, а мать-то за ней – по-над землею). Но рядом крестная, не дает в обиду, на бегу засыпает ту, родную, крестами, открещивается. Наконец – конец. Край деревни, первая хата. Петухи поют. И крестная, прощаясь: «Никогда, девонька, больше не заходи ночью в церковь, как увидишь свет. Это неупокоенные души молятся с неупокоенным попом. Не будь меня – заела бы тебя твоя мать родная, с самой своей смертушки на тебя зубы точит».
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Приживаешься к камере. То, что при входе казалось безумием и беззаконием, становится мерой вещей. Тюремщик же, видя покорность, размягчается, немножко сдает, и начинается чудовищный союз, но настоящий союз узника с тюремщиком, нелюбящей с нелюбимым, лепка – ее по его образу и подобию.
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    И вот, подсознательное (подчеркиваю это трижды) вымещение на дочерях собственной загубленной жизни. Если, в упрощающем мифе родни и дворни, Д.И. детский век «заживал», А. А. его – «заедала». Не заедала, нет. Она не питалась их соками, ибо тогда эти соки ей шли бы впрок, чего не было, – она их жесткой рукой зажимала, не давала им ходу, чтобы ее женские отпрыски тоже не были счастливые. Иное старение кормится возле молодости дочерней, это же ложилось на них могильным камнем. Я задохнулась – и ты не дыши.
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    по слову поэта:
    Я заглянул во столько глаз,
    Что позабыл я навсегда,
    Когда любил я в первый раз
    И не любил – когда? —
  • cloudboatцитирует10 лет назад
    Раз есть вещи, которые никогда не кончатся, всегда будут, – а эти вещи есть, и их знают все, – так же законно, чтобы были вещи, которые никогда не начинались, всегда были.
fb2epub
Перетащите файлы сюда, не более 5 за один раз