Кен Кизи

вдруг он выбросил руку, одним движением распутал на мне простыню и сдернул покрывало, оставив меня голым.
– Ты погляди, вождь. Ну, что я тебе говорил? Ты уже вырос на четверть метра.

Я побежал по участку в ту сторону, куда бежала когда-то собака – к шоссе. Помню, что бежал громадными скачками, словно делал шаг и долго летел, пока нога не опускалась на землю. Мне казалось,

Я не хотел, но ничего не мог сделать. Получалось, что я помог ему выманить у них деньги. Они держались с ним дружелюбно, когда платили проигрыш, но я понимал, что они чувствуют – они как бы потеряли опору. Я поставил пульт на место и сразу выбежал, даже не взглянув на Макмерфи. Убежал в уборную, мне хотелось побыть одному. Я увидел себя в зеркале. Он сделал, что обещал: руки у меня опять стали большие, большие, как в школе, как у нас в поселке, а грудь и плечи – широкие и твердые, и пока я смотрел на себя,

думал, он хочет им рассказать, как помог мне вырасти до прежнего размера, –

что я лечу. Свободен. Никто не гоняется за беглыми, я знал это, а Сканлон сумеет ответить на любые вопросы о мертвом – незачем так бежать. Но я не остановился. Я пробежал без остановки много километров, а потом взошел по откосу на шоссе.

Но вот он идет, и он большой, как башня!
Она захлопала

Макмерфи все смотрел на меня.
– Вырастет – довольно высокий будет, а? Интересно, сколько в нем сейчас?
– Кажется, ему намеряли два метра один сантиметр; большой, а собственной тени боится. П-просто большой глухой индеец.

Я там долго не был.

– Ладно, друг, – говорит Макмерфи, – я, конечно, рад, что ты за-за-заместитель, но, поскольку эту лавочку со всеми потрохами я намерен прибрать к рукам, мне желательно потолковать с главным. – Он оглядывается на острых, которые прервали карточные игры, накрывает одну руку другой и щелкает всеми суставами. – Видишь ли, друг, я задумал сделаться здесь игорным королем и наладить злую игру в очко. Так что отведи-ка меня к вашему атаману, и мы с ним решим, кому из нас быть под кем.

Знаете, – говорит он, – так вот мне всегда кто-нибудь объясняет насчет правил…
Он улыбается ей, она – ему обратно, примериваются друг к другу.
– …когда понимает, что я поступлю как раз наоборот.