Феликс Сандалов

Праздник должен быть всеобщим и спонтанным. Роль зрителя унизительна.

Я сел с кассетой «Соломенных енотов» «Дневник Лили Мурлыкиной» на поезд в Крым, мне ее дал друг, до этого эту группу я не слышал. Я ехал отдохнуть после записи «Гексогена». Когда я вышел с поезда, я купил бутылку вина и плакал всю ночь. Я ничего похожего не слышал — ни по музыке, ни по духу, ни по словам. Тексты умные, у нас (в русском роке или панке — неважно) у текста печальная история. А тут идеальные тексты. И то, что Усов начитанный, не так важно, Мазаев тоже, наверное, начитанный человек, а что толку? Дело в таланте. Я охуел от того, что много ссылок, которые я вообще не ожидал встретить у русского автора. У нас как — уровень Цоя уже заебись, а тут такое.

Одновременно завершилось создание того, что Лев Гончаров несколько лет назад назвал «поэтической вселенной Бориса Усова», только теперь это уже оформлено и состоялось как отдельное целое, одновременно являющееся частью того, что когда-то называли «контркультура».

Дневник Лили Мурлыкиной» — это переломный альбом. Это уже софт-рок, это уже любовь

«Резервацию здесь» я застал как зритель — Сантим тогда любил выступать полуголым, розочкой себя резать, чтобы кровь шла. Такие иггипоповские приколы — я видел это на квартирнике в Одинцово. Только там хозяин квартиры стреманулся ментов и сказал, что все в подвал переносится — нас человек пятьдесят туда спустилось, а там выяснилось, что прорвало канализацию и пол покрыт толстым слоем засохшего дерьма. Ну на этом дерьме Сантим и выдал мощнейший концерт.

Мишин все время был на провокации, и это меня очень перло, я никогда не встречал столь ярких людей. Ходили мы в декабре 1993-го на какой-то фестиваль к Ельчаниновой. И она стояла перед началом концерта на сцене и заявляла в микрофон: «Экстремизм в музыке! Экстремизм в поэзии! Экстремизм в кино! Экстремизм во всем!» Мы с Костей сидели на задних рядах, он ел яблоко, доел его и такой: «Что, Света, экстремизм во всем? Лови!» — и зарядил через весь зал ей огрызком в лоб.

страшные тюменские борщи.

Искатели приключений» с Делоном и Вентурой (БУ всю звуковую дорожку фильма, считай, знал наизусть и часто цитировал), «Прощай, друг» с Бронсоном и Делоном, «Последнее известное место жительства» с Вентурой и Марлен Жобер, «Обезьяна зимой» с Габеном и Бельмондо.

сложно пройти мимо НБП, если ты симпатизируешь обделенным и отчаянным. Таких в этой среде было хоть отбавляй — по воспоминаниям одного постоянного обитателя бункера партии, однажды с голодухи «пехотинцы партии» съели кошку.

«Резервация здесь», «Соломенные еноты» и «Лисичкин хлеб»