Юлия Моисеенко

срочный заказ национального значения – мои волосатые ноги…

Нам не остается ничего другого как шутить. Иначе можно сойти с ума от страха.

Достаточно искры, чтобы вспыхнуло пламя.

Он родился мятежником. А я та, кто придумывает планы спасения.

о его готовности дать мне так много, когда я даю ему так мало взамен

Знаешь, ты могла бы прожить сотню жизней и все равно не заслужить его, - говорит Хеймитч.

Я открываю рот, планируя начать с какойнибудь шутки, и ударяюсь в слезы.
Слишком много всего, чтобы быть сильной.

Моя приготовительная команда. Мои глупенькие, недалекие, ласковые домашние любимцы с их одержимостью перьями и вечеринками почти разбили мне сердце своим прощанием.

Теперь, когда вспоминаешь, те времена кажутся столь надежными по сравнению с нынешним днем, когда есть и богатство, и слава, и лютая ненависть Капитолия.

Я охочусь. Он печет. Хеймитч пьет. У каждого из нас свой способ оставаться занятыми