Кристин Хармель

был трудный, и я не мог выйти, чтобы позвонить.

— …Что ты — моя судьба

Я слушала «Крепость» Sister Hazel, мой любимый в ту пору альбом, и ждала Патрика. Как раз началась четвертая песня, «Шампанское», и я подпевала беззвучно, думая, что «наш миллион

миллион часов» — точное и поэтическое описание совместной жизни

Помню, как я прикинула: миллион часов — чуть больше ста лет — нет, этого нам мало

Ты не позвонил! — Конечно, голос мой звучал сварливо, но мне было на это наплевать.

выразительно закатила глаза и ринулась в ванную, хлопнув дверью

Я знала, что это — навсегда, до конца жизни.

Но это не было ошибкой. Миновала полночь, наступило девятнадцатое сентября, первый день моей жизни без Патрика. И тогда я наконец заплакала.

Слушайся своего сердца