– А у меня вазы нет. – Купим, – пообещал Кейрен, сгребая горстью жемчуг и монеты. Вазу. Дом. Что угодно, лишь бы она, его женщина, которой к лицу нагота и темные ирисы, была счастлива.
Галина Фоминацитирует8 лет назад
же сильней человека. Кейрен оглядел комнату
Федотова Анастасияцитирует9 лет назад
Эти двое никогда не были близки, порой Брокку начинало казаться, что за вежливостью, с которой они обращаются друг к другу, скрыта отнюдь не родственная любовь. Что ж, родственная ненависть тоже имеет право на жизнь.