Он весь как-то пожимается, – но не так, как жмутся от холода, а так, как это делают в волнении
mosslyrцитирует5 лет назад
Они встали и пошли. Старик шёл своей крадущейся, хищной, бесшумной походкой, его собеседник стучал по террасе кожаными калошами, скрипел, харкал, сморкался и вообще создавал вокруг себя какой-то разнообразно нелепый шум…
mosslyrцитирует5 лет назад
И ихо будет наше…
mosslyrцитирует5 лет назад
Наше будет наше, а ихо будет ихо…
mosslyrцитирует5 лет назад
Да понимает ли он, что я даже его самого могу съесть за эти самые насмешки?
mosslyrцитирует5 лет назад
Я шестьдесят три года хребет гну, работаю, благодарение богу, – сыт тем, что ем, и он не может меня за это попрекать.
mosslyrцитирует5 лет назад
Рядом с ним, с живым любопытством глядя ему в лицо, поместился высокий молодой человек, худой, с узкими насмешливо прищуренными глазами и с тонкими бескровными губами.
mosslyrцитирует5 лет назад
По террасе парохода, мимо окон общей мужской второго класса, то и дело заглядывая в них, медленно прохаживается старик, низенького роста, с седой клочковатой бородкой, с ястребиным носом и с маленькими, жёсткими глазками, ушедшими глубоко в орбиты.
Диана Дцитирует7 лет назад
По питанию его – голубь он, воробушек, малая птица, а аппетит у него – всё ж таки волчий…