– Я жалею лишь об одном, – доверительно прошептала она. – Что собственноручно не скинула тебя с той башни.
Я задохнулась, будто лишилась себя и взорвалась искрящим туманом, заполнившим комнату. Окно разлетелось вдребезги, впуская зеленый отросток с сотней мелких шипов на поверхности.
Ивонна отшатнулась.
Мои творения предугадывали желания.
Секунда, миг…
– Я знаю, кто ты! Эмма!
Отросток замер. Меня парализовало. Звук моего имени из уст этой твари возымел какой-то магический эффект. Я замерла, шокированная. Зато Ивонна Райалин торжествовала!
– Да, так и знала! – Она выпрямилась с видом победительницы. – Если я пострадаю, об этом узнают все!
– О чем? – Я собралась, попытавшись исправить свою ошибку.
Но это уже невозможно. Я облажалась.
Стебель вновь двинулся в сторону целительницы. В этот миг я боялась саму себя и последствий, страшилась посмотреть на притихшую водницу, но отчаянно желала стереть победный оскал с лица Ивонны.
– Миссис Ладин мне рассказала. Бедной женщине даже невдомек, что ты говорила правду, когда очнулась. Ты ведь не Конкордия! Ты просто не можешь ею быть! – В ее голосе взвилась паника, а лицо исказила боль. Стебель с садистской медлительностью обвивал ее лодыжку, раздирая кожу колючками.
Лишь в этот раз… ради себя… ради Конкордии.
Справедливая ярость и жажда возмездия ослепляли.
– Хватит, – ледяной голос рассек пространство, рука некроманта накрыла мои глаза, лишая обзора. Но эта мелочь оказалась против меня бессильна, на помощь пришел дар, он позволял мне видеть.
Ивонна судорожно всхлипнула – отросток полз выше по ее ноге.
– Не надо, успокойся, все должно произойти не так. – И вновь настойчивый холодный голос, мое запястье сдавили – осторожно и больно одновременно.
– Как? Как, Даниэль?! Ты уже помешал мне однажды, не мешай теперь!
Спину опалил жар. Его тепло – горячее, безрассудное, безумное. Ладони исчезли с моего лица, коснувшись живота. Ураган эмоций, бурная река и горький запах шоколада.
Ивонна сидела на полу, схватившись за ногу, превратившуюся в кровавое месиво до самого колена.
– Тогда чего ты хочешь, Загадка? – тихо и мягко заговорил Даниэль, напоминая змея-искусителя в Божьем саду. – Хочешь причинить вред, поранить? Может быть, убить?
Нет, не хотела. Пыл оставлял меня, уступая дрожи. Мои оголенные плечи сотрясались.