Воздух – как возраст: то свежий, юный, а то – затхленький, дряхлый
Елена Штурневацитирует2 года назад
В рассказе этом нет общепривычного сюжета, нет спасительного распределения ролей и нагрузок, нет завязки и не видно никакой развязки. А есть лишь непрестанное биение – редкой ныне – привязанности одного человека к другому
Елена Штурневацитирует2 года назад
Война турок против курдских партизан шла в то лето так
Елена Штурневацитирует2 года назад
Его не было, а она жила, жила! Год, два, три… Она жила, и пение жизни, как казалось, совсем иссякшее, вновь потихоньку стало возрастать в ней
Елена Штурневацитирует2 года назад
– Школа Малого театра, – выпячивал он временами квёлую грудь. – Нам ваш Станиславский по барабасу! У нас везде – трагедь!
Елена Штурневацитирует2 года назад
Это есть какой-то невозможный баб! Мне её пристрелить, штолли
Елена Штурневацитирует2 года назад
Нельзя примириться с прошлым. Можно только, помня о нем, не делать друг другу дурного в будущем
Елена Штурневацитирует2 года назад
И лучше всего, наверное, когда у рассказа нет ни конца, ни начала, а есть только ощущение: что-то когда-то действительно шло, какая-то жизнь
Елена Штурневацитирует2 года назад
И от этого жизнь моя сразу – как тронутый ногою камень – полетела с турецких, окружающих город валов, вниз…
Елена Штурневацитирует2 года назад
Только сейчас показалось мне – да и то не знаю, верно ли, – что женщины все до одной пифии, скрытые прорицательницы и ведуньи, самой природой назначенные предчувствовать и проницать то, чего